Брат и сестра


О книге:

В книгу включены два произведения известной русской писательницы конца XIX - начала ХХ века Александры Никитичны Анненской.

 Повесть "Младший брат" рассказывает об эгоистичной девочке Вере, которая после смерти матери привязывается к крохотному младшему брату и фактически заменяет ему мать. С этого времени она находит смысл жизни в заботе о близких.

 Герои повести "Брат и сестра", осиротев после смерти матери, попадают в чужую семью и ведут себя по-разному: Маша остается справедливой, а Федя начинает угождать хозяевам, извлекая для себя выгоду. Постепенно любящие друг друга брат и сестра становятся чужими людьми.


Об авторе:



Александра Никитична Анненская (урождённая Ткачёва; 18401915, Санкт-Петербург, Российская Империя) — педагог и известная детская писательница XIX — начала XX века, сестра П. Н. Ткачева, супруга Н. Ф. Анненского[1].

Александра Никитична Анненская родилась в 1840 году. В 1860-х годах преподавала в воскресных школах и содержала частную школу.

Участвовала в переводе многих научных сочинений и деятельно сотрудничала с Санкт-Петербургским журналом «Семье и Школе». Её повести и рассказы для детей проникнуты идеями 1860-х годов.

Её переработка книги Даниэля Дефо: «Робинзон Крузо» выдержала много переизданий. Для биографической библиотеки Павленкова А. Н. Анненская составила жизнеописания Николая Гоголя, Чарльза Диккенса и Франсуа Рабле; для «Детской библиотеки» написала «Детство и юность Бенджамин Франклина».

Александра Никитична Анненская скончалась в 1915 году. Похоронена на Литераторских мостках на Волковском кладбище Санкт-Петербурга рядом с мужем.

информация взята из Википедии: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BD%D0%BD%D0%B5%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F,_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%B0_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%B8%D1%82%D0%B8%D1%87%D0%BD%D0%B0


Почитаем?



В один пасмурный октябрьский день около свежей, только что зарытой могилы на Смоленском кладбище стояло двое детей -- мальчик и девочка. Девочка опустилась на колени и, припав лицом к земле, громко рыдала. Мальчик с каким-то не то страхом, не то недоумением оглядывался кругом, и круп­ные слезы медленно текли по его бледному личику. К детям быстрыми шагами подошел высокий, толстый господин и, поло­жив руку на плечо мальчика, проговорил далеко не ласковым голосом:


-- Ну, полно плакать, ведь слезами все равно не воскре­сите мертвой, надобно скорей ехать, поезд отъезжает через три четверти часа! Маша, вставай! Он взял за руку мальчика и, не взглянув даже, следует ли за ним девочка, быстрыми шагами направился к выходу с кладбища. Маша поднялась с колен, простояла несколько секунд неподвижно перед могилой, как бы не имея сил ото­рваться от нее, и затем, заметив, что спутники ее уже далеко, побежала догонять их. Мужчина усадил детей в карету, ожидавшую их у входа кладбища, и, приказав кучеру ехать как можно скорее, сам уселся подле них. -- Дядя, разве мы не заедем к нам на квартиру? -- несме­лым голосом спросила девочка. -- Конечно нет, -- отвечал мужчина.-- Ты думаешь, мне есть время возиться тут с вами! И так уж целую неделю прожил задаром в Петербурге! Что вам там делать на квартире? Все вещи убраны, чемоданы ваши сданы в багаж, а остальное я поручил продать.

После этих слов, произнесенных голосом, не выражавшим желания продолжать разговор, в карете воцарилось молчание. Лошади неслись быстро и скоро остановились у вокзала Ни­колаевской железной дороги. До отхода поезда оставалось всего пять минут. Мужчина поспешно взял билеты, втолкнул детей в один из вагонов третьего класса, а сам направился ко второ­му классу. Дети уселись рядом в уголку.
Поезд тронулся. Де­вочка огляделась: кругом все были люди незнакомые, занятые своими делами и не обращавшие на детей ни малейшего внимания.
 -- Как я рада, что он не сел с нами! -- проговорила она со вздохом облегчения.-- Он ужасно гадкий! Правда ведь, Федя?

-- Хорошо еще, что он богатый! -- отвечал мальчик.-- Няня рассказывала, что у него есть свой большой дом и свои лошади. Ты думаешь, он мне позволит покататься на его лошадке, Маша?

 -- Не знаю; все равно он злой. Он не плакал о мамаше. Я его не люблю.

 -- Не говори так громко, Маша,-- предостерег мальчик, робко озираясь кругом,-- он, пожалуй, услышит и рассердится.

-- Пусть себе сердится! -- вскричала девочка.-- Если бы мама знала, какой он, она не отдала бы нас ему! Девочка закрыла лицо руками и заплакала.

-- Маша, не плачь, милая,-- проговорил мальчик, ласкаясь к сестре. -- Ведь мама не велела нам плакать, ты помнишь? Разве ты хочешь не слушаться мамы?

Маша вытерла лицо и сделала над собой усилие, чтобы удержать слезы.

-- Федя,-- сказала она через несколько секунд молчания, взяв брата за руку,-- а ты помнишь, что еще велела нам мама?

-- Помню, -- отвечал мальчик.-- Она велела нам любить друг друга. Я тебя очень люблю, Маша.

-- И я тебя тоже. Я тебя всегда любила, а теперь буду любить еще больше. Я ведь старше тебя, мне уже одиннадцать лет, а тебе еще нет десяти, я буду заботиться о тебе и никому не позволю обижать тебя, никому!

Мальчик положил голову на плечо сестры и прижался к ней, как бы отдаваясь под ее защиту, она же обняла его и посмот­рела на него с видом нежного покровительства.


Comments