Долгая дорога домой





В книгу "Долгая дорога домой" вошли восемь повестей о домашних и диких животных, пчелах, рыбах. Герои произведений Владимира Каменева живут по законам Природы, не нарушая их, и поэтому подчас кажется, что они мудрее людей. Каждая повесть заставляет читателя задуматься, поразмышлять о многом. "Каменев пишет настолько классически просто, стилистически чисто, что даже не верится, что он наш современник".

Об авторе:



Владимир Филимонович Каменев окончил Литературный институт им. Горького (отделение прозы) в 1979 году. В 1986-м был участником Всесоюзного совещания молодых драматургов, писал пьесы, для детей стал сочинять лет десять назад. Член Союза писателей России. Каменев – один из самых ярких персонажей современной детской литературы, хотя по-настоящему знакомы с его творчеством немногие. Человек редкостной скромности, он не умеет «пристраивать» свои произведения, и это просто счастье, что некоторые из них напечатаны в «Кукумбере». Он представляет ту славную ветвь отечественной литературы, которая называлась раньше природоведческой, хотя главное в его историях не познавательность, а психологическое и философское освоение действительности. От первой прочитанной книги Каменева, «Чарлик (30 случаев из жизни собаки)», до последней, знакомой еще по рукописи, «Истории одинокой пчелы», немалое временное расстояние, но писатель верен излюбленным героям и выбранной теме. Когда я впервые прочитала его рассказы, почувствовала, что перенеслась в XIX век, во времена Аксакова или Гарина-Михайловского, потом «привязала» сюда Пришвина, Бианки, Сладкова… Настолько классически просто, стилистически чисто пишет Каменев, что просто не верится, что он – наш современник, а его герои обитают на том же большом литературном поле, что и, например, Гарри Поттер. Конечно, совсем в другом его конце. Тем не менее, истории его насквозь современны – от общих идей, наполненных гуманистическим содержанием, до лексики. Про Гарина я забыла, как только дошла в книжке «Лучшее время в его жизни (Похождения налима)» до маленькой главки (у Каменева все книги – повести в рассказах) под названием «Браконьер»:

«Этого человека в здешних местах не знали. Он был в камуфляжной форме и приплыл на резиновой лодке. Ловил он рыбу не как все, а на «электроудочку». Этот прибор крепится на подсачнике и бьет рыбу током. Сунул браконьер сачок-убийцу в прибрежную траву. Там стояли плотвицы и окуньки. Ударило их током, словно иглой прокололо. Рыба совсем ополоумела и со страху ломилась в браконьерский сачок…».

Интересно, чем кончились приключения налима, чему научили его встречи с людьми и другими животными? Безусловно! Оторваться от текста Каменева невозможно, хотя финала в смысле «конец делу венец» у него обычно нет. Я не сделала стилистическую промашку, объединив человека с другими животными: именно так, учитывая равенство всего живого в природе, определяет писатель положение человека среди других обитателей окружающего мира – один из представителей царства природы, и не самый лучший. И все, что происходит с налимом, или с кошкой, случайно оставленной хозяйкой после летнего отдыха в деревне («Одна в пустой деревне»), или с жабой, по воле судьбы совершившей опасное путешествие («Долгая дорога домой»), помогает нам понять законы того мира, в котором мы все живем, посетовать на их несправедливость, примириться с их неизбежностью, но все же – побороться за выживание и свободу. Каменев мыслит большими категориями – его волнуют образы хищника и жертвы, ему мила идея свободы, он восхищается умением своих героев приспосабливаться к меняющимся обстоятельствам… Так, в истории про Ию, домашнюю кошку, выжившую в зимней деревне, хороший конец: весной ее хозяйка возвращается и зовет свою любимицу:

«Прима (хозяйка кошки – балерина – О.К.) протянула к кошке руку. Ия вспомнила знакомый запах. Уют дома. Тепло мягкой постели. Ей захотелось вернуться в это сытое прошлое.

Но уже в следующее мгновение она смотрела в поле, откуда дул травянистый цветочный ветер. За полем светлела река, где двигаются царственные рыбы, окрашенные в цвета солнца, неба и далеких звезд. Ия прошла мимо хозяйки. Балерина умоляла кошку вернуться, вспомнить о том, как дружно они жили вместе. Ия не слушала. Ничто уже не связывало ее с прошлой жизнью, потому что она научилась быть свободной».

Может быть, именно потому, что кошка НАУЧИЛАСЬ быть свободной, она, по мнению современных издателей, и опасна? Шучу, конечно, но проза Каменева и в самом деле гораздо более глубокое, требующее душевного усилия чтение, чем многие растиражированные «пустячки».

Ольга Корф


Публикации:

Долгая дорога домой (приключения жабы): Смерч; Кошка; Пруд; Еще день (#3 2004)
Долгая дорога домой (приключения жабы): Проспала весну; Бабочка; В неволе; Овцы (#2 2004)
Лучшее время в его жизни (похождения налима) - 3 (#11 2002)
Лучшее время в его жизни (похождения налима): Сушь; Рак; Нет покоя; Корзина; Бредень; Рыболов (#9 2001)
Налим (#11 2001)
Лучшее время в его жизни (похождения налима) - 2 (#10 2001)

Книги:

Чарлик и другие (2007)

Главы из книги:

Смерч

Смерч настиг жабу, когда она переплывала неширокую речку. Вначале разнесся гул, потом грохот. Поднялся страшный вихрь и треск – это смерч крушил березы по краю леса. Молодые осинки ложились на землю, как спички. Потом смерч прошелся вдоль берега реки – там он валил ветлы и прогибал ивы до самой воды. Он представлял собой крутящуюся воронку, широкий верх которой упирался в облака. Затем смерч окунулся в реку, с рёвом поднимая воду к небу. Казалось, вся речка устремилась вверх, готовясь пролиться на землю дождём. Вместе с водой смерч засосал жабу и много рыбы. Пленники вращались вместе со смерчем в этой воздушной воронке и неслись к маленькому городку. Жабе было по пути.

Смерч вышел на главную площадь Победы и вылил цистерну воды на сквер, рядом с памятником Неизвестному солдату. Был базарный день. На центральной площади толпилась уйма народа. Увидев смерч, люди в страхе попадали на асфальт. Им казалось, что наступил Конец света. Раздавались визги, мольбы о помощи. Всё продолжалось не более полминуты. Но люди не могли оторвать головы от земли. Их поразили сила и мощь природы. Когда они встали, смерча словно и не было. Жителей городка ждал сюрприз. Весь сквер был усыпан серебристой живой рыбой. Вначале люди опешили от невиданного чуда и не знали, что делать. Но вскоре страх исчез, и люди бросились собирать небесные дары. Никто не обратил внимания на жабу. Кому она нужна? Люди собрали всю рыбу и разошлись. Торговля тоже свернулась. Все были напуганы. Жаба осталась одна на площади. Единственный, кто был рядом – это огромный памятник солдату с автоматом в руках. И жаба залезла в расщелину под ногой солдата.

Кошка

Ночью на площадь вышла кошка. Кошке почудилось, что под памятником притаилась мышь. Она яростно заскребла когтями у ног солдата. Жабу это не смутило. Она выждала удобный момент и смело выбралась из-под памятника. Пора в путь-дорогу. Кошка с удивлением и даже с испугом на нее уставилась. Она увязалась за жабой. Так в сопровождении кошки жаба и протопала до самой реки и направилась по твердой тропинке к лесу. Она не обращала внимания на свою спутницу.

До заветного пруда оставалось каких-то двести метров. Жаба ускорила шаг. Временами она совершала короткие неуклюжие прыжки, переходила на рысь. Тропинка петляла вдоль реки, медленно приближалась к лесу. Поднялся ветер. Лес шумел, трещал сухими деревьями. Тропинка запетляла вниз, на дно неглубокого сухого оврага. Странная тишина висела над прудом. Не слышно было ни кваканья лягушек, ни скрипучих похрюкивающих жабьих голосов. Словно все затаились, ожидая прихода новой гостьи. Жаба спускалась все ниже и ниже. Она узнавала и не узнавала родные места: это было так давно. Кошка вдруг приостановилась. Она словно почувствовала какую-то тайну пруда. Жаба скрылась за поворотом тропинки, а кошка не двигалась с места. Как будто не хотела видеть жабье горе: пруд давно высох.

Пруд

Жаба протащилась по сухому дну пруда из конца в конец. Не ошиблась ли она? Нет, родилась жаба здесь. Так ей подсказывал инстинкт. В одной из икряных лент, накрученных вокруг подводных водорослей. Она уселась посредине пруда на окаменевшую землю, спрятала между вывернутыми лапами голову.

Утром выпала роса. Влага заскользила по голове жабы, её открытым глазам. Казалось, жаба плачет. Она не уйдет отсюда никуда. Останется до конца. Слишком опасен и тяжек был путь. Жизнь её часто висела на волоске.

Из-за макушек деревьев выглянуло солнце, задул тёплый ветер. Невидимый соловей выводил одну песню за другой. Все радовались весне. Только грустная жаба одиноко мечтала о чуде: мёртвый пруд оживёт. Но прошел ещё день.

Ещё день

Прошел ещё день. На чистом голубом небе не было ни облачка. Жаба сидела на самом солнцепеке. Ей стало не по себе. Она заерзала на месте, высматривая, куда бы укрыться от зноя. Лучше бы спрятаться в землю под старыми корягами. Но случилось неожиданное. Жаба зачем-то стала копать нору посредине высохшего пруда. Сухая земля поддавалась с трудом. Жаба исчезла в пыли. Но вскоре пыль рассеялась. Пошла мягкая почва. Жаба уходила в землю все глубже и глубже. Наконец землекопка исчезла. Видимо, жаба собралась дожидаться здесь лучших времен.

Солнце палило безжалостно. Выброшенная земля вокруг норы посветлела. Объявилась жабья попутчица – кошка. Она осторожно подкралась к норе и долго водила носом, словно не знала, кто там. Вдруг она поджала хвост, подпрыгнула на месте и рванула к высокому тополю. С ходу вскарабкалась на макушку и жалобно заголосила. Она была не на шутку чем-то испугана. Ее предчувствия оправдались. Из жабьей норы выплеснулся фонтан воды. На его гребне кувыркалась жаба. Ее выбило, как пробку из бутылки. Жаба шлепнулась на мокрую землю. Вокруг нее расползалась ледяная вода. Жаба докопалась до подземных источников. Маленький прудик постепенно заполнялся на радость другим животным. Кошка спустилась с тополя и с удовольствием залакала чистую воду. Время от времени она поднимала голову и поглядывала на жабу – не выкинет ли она ещё какой-нибудь фортель. Прилетела говорливая стайка воробьев – все хотели пить. К вечеру приводнилась стая чирков. Они со свистом упали на воду и заскользили по ее поверхности. Жаба поднырнула йод корни деревьев. Когда она вынырнула, чирки поднимались, шумно хлопая по воде крыльями. Жаба одиноко плавала по чистой воде и помыслить не могла, что другие уже в пути. Не одна она проспала весну. Скоро вся округа зазвенит жабьими голосистыми трелями. Жаба отложит икру и сразу поторопится назад, к своему картофельному полю, где выроет глубокую нору. Так сладко и спокойно там спится зимой.

А потом снова придет весна.

Comments